"Дело Христово" - православие и общество

Бог и Человек. Вера и общество. Сегодня все больше интереснейших вопросов возникает, когда личное и общественное соприкасается на вопросах культуры. Этому и будут посвящены сии заметки... При цитированиии и ином использовании ссылка обязательна.

Моя фотография
Имя:
Местоположение: Москва, Россия, Russia

6.12.2005

"Я получил сей Дом от Господа!": юродивый композитор Христа ради.

Юродивый любил книги. Иногда сядет где-нибудь в уголке с томиком Шоппенгауэра и, наклонив голову, перебирает страницы. "Шуршит", - шепчет мечтательно.

«Если мое юродивое мудрование не понимает мудрости юродства, то – прошу прощения» Митроп. Филарет (Дроздов).

Несмотря на то, что Артемий Ведель вошел в своеобразный триумвират наиболее прославившихся украинских композиторов второй половины 18 века (наряду с Максимом Березовским и Дмитрием Бортнянским), его жизненный и творческий путь мало изучен. А воспоминания современников мало что добавляют к творческому портрету автора бессмертных мелодий и в своем роде хоровых симфоний, отразивших богатые традиции хорового исполнительства украинского народа.

Артемий Лукьянович Ведель родился в Киеве примерно в 1767 г. в мещанской семье. С детства имел замечательный голос. Поступил в академический хор, затем в Киевскую духовную академию. Учась в философском классе, стал регентом академического хора. Специального музыкального образования он не имел - все постигал практически, и очень успешно: даже был в студенческом оркестре первым скрипачем-солистом (иногда пишут, что Ведель учился у Сарти, но это домысел, попытка объяснить, откуда взялась его высокая композиторская техника). Слава о чудесном теноре Веделя шла далеко за пределы Киева, и московский генерал-губернатор Еропкин выписал его в Москву. По смерти последнего Ведель в 1794 г. вернулся обратно в Киев.

Юный Турчанинов, который пел тогда в хоре генерала Леванидова, так вспоминает о своем первом знакомстве с Веделем: "Мы спели старинный концерт Рачинского "Возлюблю Тя, Господи", в котором есть соло тенору. И как Ведель запел, то генерал и все присутствовавшие восхищены были до небес. Я же забыл, где нахожусь, а только слушал и восхищался небесным пением Веделя."

Леванидов пригласил его управлять хором, произвел в поручика, затем в капитана и сделал своим адъютантом. Хор быстро стал лучшим в Киеве. Это период шумного успеха и расцвета композиторского таланта Веделя. Помещики дорого платили за каждую пьесу, переписанную для их капелл. Однажды, после исполнения концерта "Доколе, Господи..." князь Дашков снял с себя золотой шарф, и, положив в него 50 червонцев, подарил автору.

В 1795г. Леванидова назначили в Харьков, и Ведель переехал туда. Турчанинов, бывший его любимым учеником и живший несколько лет с ним вместе, изображает его в своих мемуарах как человека высокорелигиозного, целомудренного, истинного постника и аскета в условиях мирской жизни. Состоя на военной службе, Ведель вел замкнутый и созерцательный образ жизни, избегал общества и развлечений. Дома занимался сочинением музыки, чтением и молитвой. Ежедневно ходил в церковь, часто причащался, не ел мяса, спал на грубом войлоке. Он старался скрывать свой образ жизни от товарищей, но Леванидов однажды подглядел, что делает Ведель в свободное время - он стоял на коленях перед иконами и пел.

В 1798 г. Ведель уволился, бросил все аттестаты и чины, раздал имущество, вернулся в Киев и начал юродствовать. Его считали помешанным, но близко знавшие его люди (Турчанинов, прот. И. Леванда) были уверены, что юродство это - добровольно и сознательно. Вскоре он поступил послушником в Киево-Печерскую Лавру, продолжая и здесь вести себя странно. Турчанинов вспоминает об одном посещении: "Я нашел его в малой келье лежащим на каменном полу... Когда я вошел, то он долго лежал без всякого движения, и это меня так смутило, что я поколебался мыслями и подумал - не в самом ли деле он помешался? Как я это помыслил, он вдруг, вскочив, начал меня крестить и целовать и сказал: "Неужели, мой добрый Петр, и ты во мне усумнился?" Посадил меня на окошко, ибо ни скамейки, ни стула не было, и начал говорить такие видения и откровения, коих я и понять не мог. Только сказал, что скоро оставляет Лавру." Композиции и в это время Ведель не оставлял.

Когда ожидали приезда в Киев Великого князя Константина Павловича, митр. Мефодий просил Веделя написать кантату на встречу. Тот согласился, но вместо музыки принес конверт на имя имп. Павла, а затем исчез из Киева. Записка, содержание которой осталось неизвестным, была передана царю.

Веделя задержали в Ахтырке, переправили в Киев, и по высочайшему повелению заключили в Инвалидный (сумасшедший) дом с тем, чтобы его содержали "пристойным образом, но не давали ему ни пера, ни бумаги, ни чернил."

Ученик Веделя, священник и известный духовный композитор Петр Иванович Турчанинов в своих биографических записках подробно рассказывает о последних годах так трагически сложившейся жизни своего наставника.

Ведель говорил посетившему его Турчанинову, что он рад, достиг цели и ничего уж не хочет, ибо "получил сей дом от Господа". Многие, в т. ч. губернатор, заботились о нем и старались помочь материально, но он все раздавал бедным и солдатам. Когда Турчанинов пришел по поручению губернатора спросить, не желает ли он ходатайствовать перед императором Павлом об освобождении из Инвалидного дома, Ведель вдруг стал убегать от него, а когда тот догнал, неожиданно закричал: "Ура! Александр на троне!" Через несколько дней дошло известие, что это так... Турчани-нов вспоминал: "Это еще более укрепило меня и о. И. Леванду, что он юродствует добровольно."

По некоторым источникам, Ведель умер в 1806 г. в Инвалидном доме, но по Турчанинову (что более заслуживает доверия) - в 1810г., в родительском доме, куда переехал за несколько дней до смерти. В садике, стоя на молитве. Погребение было весьма многолюдным и торжественным. Однако, спустя четверть века, Турчанинов, бывший проездом в Киеве, уже не смог отыскать его могилу.

Конечно, Артемий Ведель был человек «не от мира сего». Это можно понять и почувствовать, прослушав его музыкальные произведения. Большая их часть - печальные излияния души, песнопения человека, предельно остро чувствующего и осознающего греховность и несовершенство человека и мира. Даже мажорные, торжественные сочинения композитора, как, например, непревзойденные «Ирмосы Св. Пасхи», таят в себе грусть и печаль, скрытый драматизм. Те скупые сведения об Ар-темии Веделе, что дошли к нам через толщу двух веков, лишь подтверждают сказанное музыкой несравненного мелодиста.

Но драматично сложилась личная судьба А.Л. Веделя. Такая же участь постигла и творческое наследие композитора. И не только потому, что многие духовные сочинения великого композитора пропали, не сохранились в рукописях. Главная беда в том, что большая часть уцелевших произве-дений Артемия Веделя была фактически изуродована многочисленными «аранжировками», кото-рые делали «переложения» шедевров композитора, безжалостно их кромсая и «упрощая» для «удобства» непрофессиональных исполнителей. Эта участь постигла даже гениальное трио «Покаяния отверзи ми двери». Так что нынешние поколения слушателей имеют лишь отдаленное представление об удивительно виртуозных сочинениях Артемия Веделя, творившего в духе своего величайшего современника Вольфганга Амадея Моцарта. Но и в таком упрощенном виде песнопения Артемия Веделя производят неизгладимое впечатление.

Музыка Веделя отличается, при полном подчинении господствовавшему тогда "итальянскому" стилю, большой искренностью, вниманием к молитвенному тексту и возвышенной сентиментальностью. Несмотря на запреты и очень долго полное отсутствие публикаций, некоторые сочинения (прежде всего "Покаяния" стали едва ли не обязательной частью репертуара многих церковных хоров и остаются таковыми поныне.

Неблагодарные потомки нередко так поступают с творцами прекрасного, продолжая из поколения в поколение восхищаться их нетленными творениями. Ведь до сих пор в православных храмах звучат музыкальные шедевры Артемия Веделя, принося людям умиротворение и помогая глубоко проникнуться молитвенным настроением перед Ликом Всевышнего.

При жизни сочинения Веделя не издавались, но в списках расходились по всей России, многие копии хранятся в московских архивах. Автор 30 одночастных церковных местопений, двух литургий, всенощного бдения, циклов ирмосов из канона Богородице, на Рождество Христово, на Пасху. Особую популярность имело песнопение (мужское трио) «Покаяния отверзи ми двери», про которое современники писали, что его «поет вся Россия»».

К этому следует добавить, что духовные произведения Артемия Лукьяновича Веделя звучат и поныне не только в православных храмах, составляя основу всех важнейших церковных праздников, но и входят в репертуар известных хоровых коллективов. Если бы Артемий Ведель создал только трио «Покаяния отверзи ми двери», то и в этом случае он встал бы в ряд самых больших творцов в мире музыки за всю историю. Слышавшие эту грандиозную музыкальную фреску, подтвердят, что испытанное потрясение ни с чем нельзя сравнить.